— Подождите, я боюсь ее потерять, — отвечает Шеллер. — Это явно другая стела! И, похоже, еще одна стела или какая-то колонна лежит возле нее, видите, что-то занесено илом?

Изображение на экране вдруг резко меняется. Возникает уже хорошо знакомая ярко освещенная площадка, где в окружении трех телевизионных камер стоит стела, обнаруженная при фотографировании с борта «Наяды».

— Вы правы, Джон, — говорит Ксавье. — Вот мы включили картинку с площади. А теперь дадим то, что обнаружили и видите вы.

Несомненно, это две разные стелы… Общее ликование.

— Видите, как нам снова редкостно повезло? — говорит появившийся в кадре сияющий Ксавье. — Очень хорошо, что мы решили сначала разведать окрестности. Первая стела надежно отмечена и уже никуда от нас не уйдет. А мы теперь нашли вторую! Значит, на дне в самом деле целое древнее поселение, как я и предполагал.

— Мы нашли Атлантиду! — прерывает его ликующий крик Дюкаса. Раздается громкая музыка — торжественные звуки Седьмой симфонии Бетховена.

— Откуда у вас музыка? — пытается перекричать удивленный Ксавье, но замолкает.

Снова идут кадры, снятые видеомагнитофоном. Победно гремит музыка. На экране возникают попеременно изображения то одной стелы, то другой.

Когда музыка стихает, слышится голос Дюкаса. Археолог поясняет, что нарочно захватил с собой кассету с записью Седьмой симфонии, чтобы в нужный момент включить магнитофон и «под эту торжественную музыку ступить на землю затонувшей Атлантиды».

Дюкас просит разрешения выйти из аппарата, чтобы осмотреть стелу вблизи и, если удастся, расчистить лежащую возле нее колонну.

— Нет, — отвечает Ксавье. — Сейчас мы спустим к вам телевизионные камеры и прожекторы. Надо их установить возле стелы, как и на первой площадке, чтобы ее не потерять. Это займет немало времени. Раскопки потом.

— Мы можем помочь своим манипулятором, — предлагает Дюкас. — Или выйдем из отсека, глубина позволяет.